Как убивали Распутина
«Фонтанка» начинает проект «Спираль семнадцатого года».
Весь 2017-й мы будем рассказывать вам об основных вехах того, что случилось в Петербурге 100 лет назад. Начнем с «первых выстрелов революции» - выстрелов в Григория Распутина.


***
Окажись в нашем распоряжении машина времени и возможность отправиться ровно на одно столетие назад день в день, по направлению Петроград, набережная реки Мойки, между Почтамтским и Поцелуевым мостом, мы бы не обнаружили в облике этого района существенных отличий от современности.
***
Итак, наступает поздний вечер 16 (29 по новому стилю) декабря 1916 года, мы находимся на Большой Морской улице возле колокольни Немецкой Реформатской кирхи, после революции до неузнаваемости перестроенной в отлично знакомый всем петербуржцам Дворец культуры работников связи.

Пройдемся в сторону Новой Голландии. По левую руку мы видим цепной Почтамтский мост, почти сразу за ним, на противоположном берегу, дворец князей Юсуповых – предположительно, в 1916 году он был не привычного нам желтого цвета, а модного светло-салатового, примерно как нынешний Зимний дворец. На той стороне Мойки у моста на углу с Прачечным переулком дежурит городовой.

Немецкая реформатская церковь.
фото Н. Г. Матвеева, 1900-е гг.

Сегодня в бывшей усадьбе М.В. Ломоносова располагается управление Федеральной почтовой связи Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
Мы проходим мимо усадьбы М. В Ломоносова (дом за нумером 61 справа по улице) и вновь видим чина полиции, стоящего у арки ведущей во двор Съезжего дома 1-й Адмиралтейской части (нумер 63) - это территориальный полицейский участок с канцелярией, арестантскими и пожарной частью.
Участок находится ровно напротив Юсуповского дворца, который и является конечной точкой нашей прогулки.

Поворачиваем налево на Поцелуев мост, и снова налево – очередной городовой с постом на углу улицы Глинки провожает нас настороженным взглядом: с чего это вдруг господам пришел на ум такой каприз – прогуливаться едва не в полночь? Время неспокойное, военное...
Если у нас хватит терпения фланировать вдоль фасада Юсуповского дворца примерно до двух-трех часов ночи наступающего 17 (30) декабря, то мы станем свидетелями странных, а то и зловещих событий развернувшихся у северо-восточного крыла этого здания – там, где находятся апартаменты молодого князя Феликса Юсупова и его жены Ирины Александровны, урожденной Романовой, правнучки императора Николая I по прямой линии. Боковой флигель князя Феликса Феликсовича светится электрическими огнями.

Будем внимательно наблюдать – на улице не холодно, всего около трех градусов мороза, нет ветра, падают хлопья мокрого снега.

В 10 вечера по набережной несколько раз проезжает роскошный открытый автомобиль – это бельгийский «Металлюржик» 15/30 CV выпуска 1912 года.

Странно: машин в городе очень мало, большинство автомобилей мобилизованы для нужд фронта. «Металлюржик» дважды останавливается возле запертых ворот во двор Юсуповского дворца, разворачивается и едет к парадному входу.

Из машины выходят трое военных и поднимаются по лестнице в здание. В половине двенадцатого или чуть позже дворец покидают офицер и господин в меховой шубе и низко надвинутой на лицо шапке.
Герб князей Юсуповых над парадным входом во дворец
(с) с сайта исторического музея "Наша эпоха"
Левое крыло дворца, выходящее на набережную Мойки, на первом этаже которого были покои молодых князей Юсуповых
(с) с сайта исторического музея "Наша эпоха"
Великий Князь Димитрий Павлович на автомобиле «Металлюржик» (Metallurgique 15/30 CV); фото датируется 1913 годом.
(с) Государственный музей политической истории России в Петербурге

Rolls-Royce. Landaulet. 1913 г.
(с) с сайта исторического музея "Наша эпоха"
На этот раз машина крытая, «Роллс Ройс Ландоле» 1911 года с регистрационным номером 1947.

Возвращаются они спустя сорок-пятьдесят минут, автомобиль въезжает во двор (ворота открыли) и останавливается у неприметной боковой двери. Из окон бельэтажа доносится веселая граммофонная музыка – у князя вечеринка?

Из «Ландоле» выходят трое, двое спускаются в цокольный этаж (как раз под окнами с музыкой), третий возвращается за руль и отгоняет машину в противоположную сторону двора, после чего возвращается во дворец через парадный вход.
Далее почти два часа ничего не происходит. Играет граммофон. Слышны голоса гостей, звучащие то громче, то тише. После двух часов ночи мы можем различить приглушенный звук выстрела, внезапно раздавшегося в полуподвале.

Еще четверть часа спустя распахивается боковая дверь во дворе, на пороге появляется высоченный бородач крепкого сложения с темным пятном на рубахе и бросается бежать к ограде – он что-то неразборчиво кричит, различимо лишь имя: «Феликс, Феликс!».

В темноте почти ничего не видно, но составить некоторое представление о дальнейших событиях, разворачивавшихся с невероятной стремительностью, мы вполне в состоянии.

Место преступления. Фото 1917 г.
(с) с сайта исторического музея "Наша эпоха"

Полуподвальная комната под сводами – место совершения убийства. В центре на шкафчике – хрустальное распятие венецианской работы, утраченное после революции. 1917 г. Центральный Государственный архив кинофотофонодокументов в Петербурге.
(с) с сайта исторического музея "Наша эпоха"
В дверном проеме появляется еще один персонаж загадочной драмы. Один за другим раздаются два револьверных выстрела. Промах. Беглец не остановился.

У двери мы видим тень нового стрелка. Следуют еще два выстрела с промежутком секунд в двадцать, но звук несколько иной: очевидно стреляли из оружия другой системы. Бородатый падает за большим сугробом у ограды – площадку недавно чистили, снег грудами лежал по краям двора...

Что происходило дальше мы рассмотреть не можем, отметим лишь, что на звуки выстрелов прибежали городовые и несколько минут объяснялись с офицерами, вышедшими из дворца Юсуповых.

Еще некоторое время спустя со двора выехал уже знакомый нам «Роллс Ройс» и направился к Поцелуеву мосту...
Снимки из «Полицейского альбома».
(с) Государственный музей политической истории России в Петербурге.
* * *
С большой долей вероятности именно так для стороннего наблюдателя должно было выглядеть убийство крестьянина села Покровского Григория Ефимовича Распутина, православного исповедания, женатого, 47-ми лет от роду. Одна беда – независимых свидетелей этого события не было, а наша попытка реконструкции основывается частично на показаниях убийц, частично на современных исследованиях.

Здесь мы не станем приводить каких либо исторических, политических или моральных оценок как личности Г. Распутина, так и его деятельности – на эту тему написаны сотни исследований, от вполне непредвзятых, до апологетических или наоборот, дышащих холодной ненавистью. Поставим себе иную задачу: попытаться выяснить, что же произошло в цокольном этаже Юсуповского дворца на Мойке и как развивались события ровно одно столетие назад. События, вскоре точно поименованные «первыми выстрелами русской революции» - тут не поспоришь, спираль 1917-го года начала закручиваться именно той декабрьской ночью...

Давайте проследим, что же предшествовало драме в доме князей Юсуповых и каков был финал, при этом основываясь только на фактах и стараясь избегать конспирологических версий.
* * *
К сожалению, мы располагаем лишь свидетельствами непосредственных участников убийства Григория Распутина – мемуарами и беллетризированными дневниковыми записями Владимира Пуришкевича и князя Феликса Юсупова, которые часто вступают в противоречие и не могут быть полностью достоверными хотя бы потому, что Пуришкевич и Юсупов были людьми заинтересованными, а следовательно могли о некоторых подробностях умолчать, кое-что приукрасить. Более того, отдельные детали они могли попросту выдумать для сокрытия куда более пикантных обстоятельств.
Другие соучастники преступления (а по законам Российской империи случившееся рассматривалось именно как уголовное преступление, заговор с целью убийства), - Великий князь Дмитрий Павлович, доктор Станислав Лазоверт, поручик Сергей Сухотин, а так же две дамы, гипотетически находившиеся во дворце в ночь убийства, мемуаров не оставили.

Это вовсе не значит, что из воспоминаний Юсупова и Пуришкевича невозможно вычленить истину. Ход создания «аристократического заговора» против Григория Распутина они описали достаточно подробно, начиная юлить и недоговаривать только относительно течения событий в Юсуповском дворце ночью с 16 на 17 декабря старого стиля.

Когда именно Феликс Юсупов и Великий князь Дмитрий Павлович стали «вершиной айсберга» массового недовольства аристократии «этим мужиком» достоверно неизвестно, но они оказались единственными, кто решил действовать самостоятельно, не прибегая, как многие ранее, к помощи потенциальных наемных убийц – заговоры против «старца» существовали и прежде, но оставались лишь на стадии планирования.

Тем более, у Дмитрия Павловича были личные мотивы: именно интриги Распутина расстроили его брак с дочерью царя, Ольгой Николаевной. Именно «старец» распространял о Дмитрии гадкие слухи – якобы князь болен дурной болезнью, и публично требовал у царских дочерей мыть руки после рукопожатия с Дмитрием. Такие оскорбления не прощаются.

Заседание Государственной Думы 1916 года.
(с) Государственный музей политической истории России в Петербурге
19 ноября 1916 года ярый монархист В.М Пуришкевич произносит в Думе речь против Григория Распутина, получившую широчайший резонанс в обществе.

На следующий же день Пуришкевичу телефонировал князь Юсупов, очень осторожно сказав, что речь его крайне заинтересовала, и этот вопрос следовало бы обсудить лично, а не по телефону.

При встрече Юсупов прямо предлагает «устранить» Распутина физически. Пуришкевич не колеблясь соглашается и вливается в заговор.
Главная трудность состояла в том, что Распутина охраняли агенты тайной полиции, но Юсупов выясняет, что наблюдение снимается после 10 вечера. Следовательно, покушение следует осуществить ночью. На этом и порешили – Юсупов должен пригласить Распутина в свой дворец якобы для знакомства с женой Ириной, и там отравить.

Пуришкевич, будучи начальником санитарного поезда, привлекает к комплоту своего сотрудника, врача, Станислава Лазоверта – он и должен был начинить угощение цианистым калием. Стрельба планом не предусматривалась, мы помним что дворец находился прямо напротив полицейского участка, а вблизи дежурили городовые.

Феликс Юсупов и его жена Ирина Романова
(с) с сайта исторического музея "Наша эпоха"
Из кабинета Феликса Юсупова в бельэтаже в полуподвал вела винтовая лестница. С лестницы имелся уже знакомый нам боковой выход во двор – именно через эту дверь должен был войти Распутин, чтобы не привлечь внимания случайных свидетелей.

Незадолго до полуночи 16 декабря князь едет за «старцем» на его квартиру, привозит на автомобиле во дворец (водителем был доктор Лазоверт). Остальные участники заговора изображали в кабинете бурное веселье – Пуришкевич позже вспоминал, что мелодия «Yankee Doodle dandy», проигрываемая граммофоном, навеки врезалась в его память...
Маленькая дверь по центру восточной стены со двора дома № 92.
(с) с сайта исторического музея "Наша эпоха"
Шесть ступеней вверх вели в кабинет с окнами во двор и на канал.
(с) с сайта исторического музея "Наша эпоха"
Григорий Распутин
wikipedia.org
Феликс сказал Распутину, будто у княгини Ирины сейчас гости, а когда они разойдутся, можно будет представить визитера жене. Тут возникает одно любопытное допущение: среди голосов доносившихся из бельэтажа непременно должны были звучать и женские – иначе у «старца» возникли бы подозрения.

По косвенным данным роль «жены» Юсупова исполняла любовница Дмитрия Павловича, балерина Вера Каралли, а второй дамой предположительно являлась сводная сестра Великого князя, Марианна Дерфельден, в девичестве фон Пистолькорс – последняя даже арестовывалась по подозрению в соучастии в убийстве, но доказательств не было.

Да и сами заговорщики ни разу не проговорились об участии дам в этом событии, лишь Дмитрий Павлович в среде близких родственников дал несколько туманных намеков...
Дальнейшие события (по версии князя Юсупова) общеизвестны. В комнате цокольного этажа Феликс предложил Распутину чай с отравленными пирожными и отравленное вино. Распутин сперва от пирожных отказался («Не буду, они сладкие»), но затем попробовал.

Якобы яд не подействовал. Юсупов поднимается наверх, берет револьвер князя Дмитрия, спускается, и стреляет Распутину в левый бок. Тут же заговорщики почему-то решают «избавиться от шубы старца» и не находят ничего лучше, чем поручить это... Великому князю Дмитрию!

Якобы Дмитрий уезжает из дворца. Якобы.
«Вид дверцы и следы крови». Вторая часть снимка из «полицейского альбома»
(c) Государственный музей политической истории России в Петербурге
Четверть часа спустя Распутин внезапно «оживает», бросается на Феликса, вырывается во двор и пытается бежать. Пуришкевич в мемуарах уверяет, будто именно он произвел четыре выстрела, два из которых цели не достигли и только последние два оказались смертельными.
Дня через два после убийства художник А.Н. Бенуа зафиксировал в своем дневнике рассказ дворника князей Касаткиных, живших по соседству с Юсуповским дворцом. «…Видел труп Распутина лежащим на пороге той маленькой двери, которая ведет из личных (новых) апартаментов молодого Феликса в открытый на Мойку двор. – В 4 часа, как и следовало ожидать».
Вернемся, однако к «отравленным пирожным». Феликс вспоминал, будто доктор Лазоверт весь вечер буквально «трясся от ужаса», но у нас есть все основания князю не верить – Станиславу Лазоверту никак нельзя было отказать в смелости, он был дважды кавалером солдатского Георгиевского креста, а такую награду трусам не давали. «Перепутать яд» или «заменить цианид на аспирин, испугавшись последствий» он явно не мог.

Существует обоснованное мнение, что Феликс лгал – яд не подействовал по очень простой причине: Распутин его попросту не употреблял. Сохранилось множество свидетельств о том, что «старец» придерживался строгой диеты, не ел сладкого, не употреблял мясо и коровье масло, предпочитая рыбу. Недаром он сразу отказался от птифуров, обосновав это тем, что «они сладкие».

Но даже если Распутин попробовал их, следует вспомнить, что цианидом калия начинили пирожные, содержащие сахар. Съедены они были не сразу, а тем временем цианид калия выделил синильную кислоту, она присоединилась к глюкозе, которая связывает цианиды – яд попросту нейтрализовался, частично или полностью: мы не знаем, как долго пирожные стояли на столе...
Снимки из «Полицейского альбома».
(с) Государственный музей политической истории России в Петербурге.
Второй вопрос: откуда взялись отлично видные на полицейских фотографиях пять огнестрельных ран, когда из показаний убийц ясно, что лишь три выстрела (один Юсупова, два Пуришкевича) попали в цель?

Подлинного официального протокола вскрытия к сожалению на сохранилось, а периодически всплывающие фальшивки нас не интересуют. Выходные отверстия, пули прошли навылет? Скорее всего, так и есть.
Судебно-медицинский эксперт Д. П. Косоротов, участвовавший во вскрытии показывает: «По моему мнению, Гр. Распутин был убит выстрелом из револьвера. Одна пуля была извлечена; другие же выстрелы сделаны на близком расстоянии, и пули прошли навылет, так что нельзя дать заключения о том, сколько человек стреляло» (Русская воля. № 8, 1917, 10 марта).
Так же указывается, что два выстрела, - первый в левый бок, и завершающий в лоб, - были произведены в упор, остались следы оружейной копоти. Третий выстрел, в спину, был произведен с большого расстояния, копоть отсутствует.

Пуришкевич так же очевидно лжет. Выскочив вслед за Распутиным во двор он якобы производит два выстрела, не попадает, затем еще два, результативные. Только почему-то один из них попадает в спину «старца», а другой... в лоб! Причем последний – в упор, раз сохранились следы копоти.

Григорий Распутин в морге
(с) с сайта исторического музея "Наша эпоха"

Видимо, следует поверить историку Эдварду Раздинскому, выстроившему самую непротиворечивую и логичную версию происшедшего. Пуришкевич действительно стрелял и не попал – вряд ли Владимир Митрофанович, филолог, специалист по истории античной Греции, никогда не служивший в армии, был хорошим стрелком, хотя потом и уверял, будто «занимался в тире».

Имелся стрелок куда более профессиональный, офицер Лейб-гвардии Конного полка, герой Восточно-Прусской операции 1914 года, получивший за личную отвагу орден Св. Георгия 4-й степени и имевший к «старцу Григорию» личный счет. Великий князь Дмитрий Павлович Романов.

Он выходит из боковой двери вслед за Пуришкевичем. Два выстрела думского депутата и филолога цели не достигают. Распутин уже почти добежал до открытых ворот двора. Дмитрий Павлович вскидывает револьвер и первым же выстрелом в спину сбивает Распутина на снег. Быстро подходит к телу, переворачивает на спину и добивает пулей в центр лба, чтобы быть уверенным. Старое оскорбление было отомщено.

И лишь ради того, чтобы отвести подозрения от Дмитрия, Пуришкевич с Юсуповым выдумывают сомнительную историю о том, что якобы Великого князя они отправили на Варшавский вокзал «сжигать шубу Распутина», и вернулся он лишь после финальной стрельбы во дворе.

Великий князь Дмитрий Павлович
wikipedia.org
Увы, но эта версия рассыпается в прах – оба городовых дежуривших возле дома показали, что автомобиль к дворцу Юсуповых вслед за стрельбой не подъезжал и в дом никто не входил...

Дмитрий оставался во дворце. И есть немалая вероятность того, что именно он поставил точку в жизни «старца».
* * *
Всех подробностей случившегося той ночью мы, скорее всего, никогда не узнаем. Очевидно лишь одно: попытка «молодой аристократии» и фанатичного монархиста Пуришкевича спасти династию была предпринята слишком поздно.

Революционная спираль начала закручиваться, первые выстрелы революции прозвучали. Российской империи оставалось существовать немногим меньше трех месяцев...
* * *

автор: Андрей Мартьянов
Другие лонгриды "Фонтанки"
© © 2000-2016 Фонтанка.Ру
Made on
Tilda